Главная » 2015 » Август » 12 » КОТЛОВАН FOREVER
19:32
КОТЛОВАН FOREVER
Весь апрель новости из Петербурга и глаза бы не глядели, и уши бы не слушали. Нет больше в Северной столице новостей науки или культуры, давным-давно - никакой политики, мы отличаемся в федеральном поле только гнетущим сочетанием слов - «сегодня в Петербурге убили... сегодня в Петербурге совершено нападение...». Да, думаешь, труба дело. Если племя нападает не на врагов, а на гостей - племя невменяемо. Впрочем, может, все-таки речь не о всем племени целиком, а о какой-то нечисти, самозародившейся в наших болотах? Тогда здоровые мужчины племени должны как-то собраться с силами, пойти и придавить подонков, пока те прячутся в темноте, а не маршируют по Дворцовой площади... А я ничего не могу сделать. Бессилие злит, выматывает душу. Лучше давайте позубоскалим малость, чтоб умом не тронуться... Проект стоэтажного небоскреба, который задумала возвести на берегу Невы дивная «Сибнефть», немножко разрядил психическую жизнь петербуржцев - в сторону безвредных галлюцинаций. Как полагается сказочному чудовищу, «Сибнефть», еще не появившись и Петербурге, уже подпустила какой-то волшебной субстанции, в волнах которой мы очарованно сморгнули, раздалась чудная музыка, и мы воочию увидели Его, 11ебоскреб имени товарища Вавилона, в натуральную величину.
И не надо кричать про сто километров парковки, которая понадобится для ста этажей, грубить насчет подземных вод, некрасиво намекать на судьбу бюджетов этого строительства и вообще нервировать начальство. Что будет, знают все и без вас. Вавилон по-русски - это, как известно, котлован. Котлован навсегда, или, если желаете выражаться более современно, cotlo-van forever. Была такая гениальная повесть у писателя Андрея Платонова («Котлован»), там всё-всёшеньки про русских написано: как они со святой дерзновенностью кретинов строят новую жизнь и как эта новая жизнь и начинается, и заканчивается тем, что вырывается огромный котлован. Ужасные люди эти художественные гении, хорошо, что их всех извели наконец и стало кому давать премии, слава Богу. Но того, что они понаписали, мы никак извести не можем, даром что этот самый «Котлован» платоновский экранизируем лет восемьдесят. Снова и снова.
Да, что бы ни изобретали ученые, получается оружие, какие бы партии ни выдумывали на Руси - выходит КПСС, что бы ни проектировали современные архитекторы - оно все равно напоминает ларек, а какое грандиозное строительство ни затевали бы родные власти - в итоге образуется котлован.
Один знаменитый, можно сказать, бронзовый котлован - «вокзал скоростного движения» - красуется у Московского вокзала (3-е место). Другой, серебряный, называется «вторая сцена Мариинского театра» (2-е место). Но первое место среди прославленных питерских котлованов пока что вакантно, и звание «золотой котлован» свободно - вот на него-то, собственно, и претендует сегодня «Сибнефть». Претендует по праву.
Именно «Сибнефти» уготована в современной России какая-то особенная, сверхъестественная участь, и участь эта опять подтверждает мое давнее предположение, что небесным куратором России назначен не Александр Николаевич Островский, как мечтала я, но, конечно, Николай Васильевич Гоголь. С его легкой руки «Сибнефть» становится чем-то вроде могучего и таинственного Вия, которого «приводят» куда-то и с магической целью «поднимают веки». Судя по всему, существует план упорного, постоянного вождения «Сибнефти» по стране, этакого круговорота - для моментального укрепления экономики ослабленных регионов («поднимите веки!»).
В настоящий момент Вий, под плач буквально всех обездоленных жителей Омска, движется в сторону Санкт-Петербурга. Древние философы-гностики считали, что каждое движение божественных существ в пространстве рождает миры - подобно этому каждое движение «Сибнефти» рождает деньги, которые тут же в виде налогов падают в местный бюджет. Вы легко можете себе это представить в образе коровы, которая идет по лугу и на каждом шагу роняет гуано. Пожив какое-то время в Петербурге, осчастливив рестораторов, отдохнув девушек и на память выкопав котлован, Вий двинется, по незримому плану, дальше, поскольку хорошенького понемножку, а экономика у нас примерно везде одинаковая, да и назначенцы-губернаторы довольно однородны. Так что других способов пропитания народов, кроме вождения «Сибнефти» по стране, видимо, не предвидится. И котлован напротив Смольного собора вырыть, я думаю, успеют. Может, не в полную величину, не на сто этажей вглубь, как планируется сейчас, но выроют.
Ну, что будем делать, граждане? Протестовать? Протесты несколько замедлят скорость выкапывания котлована, но не предотвратят его появление. Не помогли же протесты жителей и защитников Крюкова канала, снесли же целый квартал. Протесты, надо заметить, озлобляют инициаторов стройки и огрубляют формы расхищений. Не протестовать? Как-то странно. Все-таки выдающийся беспредел задуман, не протестовать неприлично. Скорее всего, следует протестовать в каких-то новых, неожиданных формах... Главное - не волноваться попусту, поскольку подземные воды Питера на страже, «Медный всадник придет за тобой», и судьба стоэтажного небоскреба примерно ясна. Скреб неба по-русски - это котлован. Так что добро пожаловать, «Сибнефть»! Приводите Вия. Мы готовы. май . . . ?
P. S. «Сибнефть» - догернее предприятие «Газпрома». Вия давно привели.
МУЗЕЙ ПЕЧАЛИ Посвящается 303-летию Санкт-Петербурга
Вот бывает: прочтешь что-нибудь несусветное на уличной вывеске и только через пару минут догадаешься, что это мираж, ошибка зрения, смешная путанка... Так Антон Павлович Чехов читал - «Большой выбор сигов» и все удивлялся, неужели есть такой магазин особенный, где рыба сиг водится в исключительном разнообразии, пока однажды не присмотрелся и не прочел прозаическое «Большой выбор сигар». А я шла как-то вдоль Мойки и боковым зрением схватила - «Музей печали». Даже остановилась. Как хорошо! Музей печали. А уже бойкий информатор внутри головы подсказывал, что - ошибка, что - «Музей печати», конечно.
Но мне жаль, что нет на свете Музея печали. Печаль так разнообразна! А. С. Пушкин, например, в стихотворении «На холмах Грузии...» открыл светлую печаль. Значит, есть и темная. Существует, конечно, печаль о несбывшемся и печаль о сущем, печаль любви и печаль в отсутствии любви, печаль об ушедших из жизни и печаль о живых. И уж, без сомнения, в наш воображаемый Музей печали стоило бы сдать Санкт-Петербург советского периода, город Ленинград, - пожалуй что весь целиком.
Я помню его начиная с шестидесятых годов, это был печальный город, как будто с трудом приходящий в себя после смертельной болезни. Бедный, чистый. С дурацкими красными тряпочками и агитационными буквами на фасадах - но всего этого было в десять раз меньше, чем современной рекламы. Долгое время, до последних лет - зеленый, с множеством садиков и сквериков. С милым нелепым животным-трамваем. С плохими магазинами. С невероятным количеством дворцов и домов культуры. С очень серьезными милиционерами. С детьми, спокойно играющими во дворах без присмотра... Исчезновение Ленинграда можно было бы как-то извинить при одном условии: если бы подавляющему большинству людей стало жить лучше, но этого не произошло, да и не могло произойти. Мы паши исторические грехи не замаливаем и не искупаем, даже не каемся в них, и они каменеют и отправляются вместе с нами в наш общий Музей печали.
Хожу по городу, ищу неизуродованные новоделом места. Их еще много, но чаще натыкаешься на порчу. Вот опять впендюрили огромный домище, без меры, без вкуса, - в Советский переулок, на пересечении с 5-й Красноармейской. Я там рядом училась восемь лет. Ничего, ничего не найти - ни кафе, ни магазинчика родного... Теряешь родину, не покидая родины, вот это да. Человек, который три года играл на гуслях и ложках в Доме культуры имени Карла Маркса, не может сегодня глядеть на Питер и чирикать «ура-ура, зло ушло - добро пришло!». (Это я о себе, я играла на гуслях - бесплатный кружок, выдавали инструменты, возили на выступления!) Улица Правды - где она? Кудрявая, нечеловечески самоуверенная дама-архитектор недрогнувшей рукой изменяет трехсотлетний ландшафт Петербурга и страшно удивляется, когда ее скопище мелких пластических уродств - «пешеходную зону» - люди с улицы Правды (то есть не привыкшие врать) так и называют: скопищем уродств...
Дело не в обычных временных изменениях, которые неизбежны. Дело в резком, катастрофическом и уродливом сломе всего стиля и даже сути жизни.
«Распалась связь времен», - сетовал принц Гамлет. Почему-то все издевающиеся над этой пьесой режиссеры даже не пробуют вдуматься в слова умного принца. Что такое - распад связи времен? А это то, что мы видели и видим своими глазами. Жизнь не развивается естественным образом, сохраняя старое, приращивая новое, а как будто вдруг обрывается, как сон. И один сон сменяет другой без всякой связи. Один мираж заменяется другим миражом. Как будто из времени выдернули стержень смысла. Ленинград исчезает на наших глазах, заменяясь Новопитером, который сейчас вроде как на коне, он пыжится и тужится, он сияет всеми своими мраморами, надстраивает, обустраивает и перестраивает, и врет, врет без конца и краю и уверен, что конца и краю этого не будет. Будет.
Когда я однажды поплакала печатно над исчезающим Ленинградом, над закрытыми пирожковыми, вырубленными сквериками, опустевшими или снесенными домами культуры, один самодовольный житель Новопитера, обсуждая мою статью на каком-то форуме, презрительно написал - ну, тоже мне, развела словесный понос (так и написал, они же там, в своей канализации, в чатах и блогах, выражения не выбирают), нашла о чем плакать. И он, скорбный головою, в этот момент воображал, наверное, что его власть, власть нефтяных паразитов, пришла навеки, что он нечно будет ходить из офиса в фитнес да из бутика if бутик.
Нет, мои милые. Если вы так легко и беспечально отправляете на свалку жизнь ваших отцов и дедов, точно так же, с той же легкостью, отправят на свалку нас самих и всю вашу жизнь. И офисы ваши прорастут лопухами, и обрушатся ваши надстроенные мансарды, и на руинах ваших фитнесов напрасно будут вращаться беговые дорожки... И небоскребы бизнес-центров пойдут трещинами, и все ваши памятники пойдут в переплавку, и ветер на помойке станет лениво шелестеть листьями ваших глянцевых журналов...
Ф. М. Достоевский писал, что, видимо, есть «химическое соединение духа с родной землей». Химическое соединение человеческих душ с Ленинградом сейчас распадается. От этого больно. Дайте нам поплакать! Слушай, Ленинград, наш реквием! Мы поставим тебе коллективный памятник в Музее печали, мы восстано-ним в слове, в звуках, на холсте лучшее, что было в тебе (то была наша душа).
А кто заплачет об этой пластмассовой, офисно-фитнесовой жизни, где человек превращен в машину переработки денег на дерьмо? В каких блогах встрепенутся какие боги, когда она пойдет на помойку?
Никто не заплачет, потому что у этой жизни нет души. Эта жизнь, со всеми своими зонами и небоскребами, мертва уже при рождении.
Категория: Жизнь в России и рыбалка | Просмотров: 646 | Добавил: farid47 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]